Бытие и безумие [и драконы] - Алиен Уриэль

все меньше, история становится все более серьезной, и ты постепенно все больше погружаешься в оторванный от реальности мир. Плохо это или хорошо? Скажу однозначно, это просто замечательно. Попробовала в плохом настроении почитать эту книгу. И что же?

Оторванность от реальности как нельзя лучше отвлекает от кажущихся важными проблем. Углубляясь в книгу, забываешь о них напрочь. Так что можно рекомендовать ее в качестве психотерапевтического средства! Вместо таблеток. Яркие и зримые портреты субличностей, которые составляют основной образ автора, присутствуют как нельзя кстати, разряжают атмосферу философской серьезности и оживляют общий стиль изложения. Иногда кажется, что автор пытается достучаться до читателя, и его слова звучат как назидание (глава «Безумие и Заратустра»). Есть некие, весьма интересные факты из жизни Зигмунда Фрейда и Жана Мартена Шарко, о которых я не знала (глава «Безумие и эксперимент – 1»). Здесь говорится об экспериментах по воздействию на тяжелых психических больных гипнозом. «При определенной глубине гипноза можно было установить контакт уже не с самим «больным», а с его психическим заболеванием. Если же исследователи шли еще дальше, они могли начать общение с «Безумием». Здесь уже явно начинается триллер. Эксперименты были брошены и больше не возобновлялись. Тайной окутана эта странная история.

В 2003 году я написала произведение для симфонического оркестра «Вступление к тайне», но тогда я не знала ни автора «Бытия и Безумия», ни его книгу… Мне как музыканту интересны главы «Безумие и музыка–1», «Безумие и музыка–2». Согласна с автором, что музыка требует измененного состояния сознания и не так исполнение музыки, как сочинения. Без этого невозможно создать что-либо толковое. К великому сожалению, прочитать подробно всю книгу у меня пока не получилось, но свидание с ней еще не раз состоится. И каждый раз, встречаясь с ней, я буду открывать для себя новые миры и горизонты.

Елизавета Ткачева, композитор

Свидетельский отклик – 5

Безумие. Это слово буквально означает «без ума», то есть отсутствие ума. Что станет с человеком, если он совсем потеряет ум? Наверное, весь мир будет казаться ему сродни галлюцинации. А если частично? Или временами частично?

Ум – определенные рамки сознания. Ум – это особое, привычное человеку восприятие реальности, действительности – той, которую мы способны ощутить органами чувств. В свою очередь, органы чувств – это также определенные рамки восприятия реальности. И вот одна из рамок сломалась. Ограничение снято. И человек как-то по-другому видит мир. Правильно ли? Истинно ли? Может, он ближе к истинному положению вещей, чем нормальный человек?

Безумный человек обладает неуправляемыми сверхспособностями. Одна из них – способность подняться над временным пространством и блуждать в мирах прошлого и будущего, теряя при этом восприятие настоящего. Но что такое настоящее? Логически рассуждая, можно сказать, что настоящее – это постоянный переход из прошлого в будущее. Нормальный человек думает, что прошлого УЖЕ нет, а будущего ЕЩЕ нет, поскольку оно пока не наступило. Но, следуя данной логике, можно сделать БЕЗУМНЫЙ вывод, что нет и настоящего. И только безумцу может быть известно: никакого перехода нет. Прошлое и будущее существуют одновременно. Нет настоящего в том состоянии, котором воспринимает его «нормальный» человек.

Другая сверхспособность безумца – ощущать собственную множественность. Действительно, мы состоим из множества как физически, так и психически. Каждый час мы проживаем себя разного, при этом ощущая себя единым. Единым телом и единой личностью. На самом же деле мы едины и не едины, цельны и раздельны одновременно. Но в норме воспринимать лишь один вариант: цельность и единство.

Самое страшное для безумца – не только осознать свое безумие, а еще и его принять. И не просто принять как данное, а принять как свою норму, ведь бороться с безумием – безумная идея.

Алена Творогова, г. Сатка, Горное сердце Евразии

Свидетельский отклик – 6

До этого я не встречал упоминания Безумия как спутника, обычно Безумие представляется как враг человека. Но ведь это двери и в другие пространства и миры, закрытые для человеческой нормы. А сами люди и общества не отличаются большой разумностью, как бы нам этого ни хотелось. Часто человечество совершает что-то похожее на Безумие.

Эта книга представляет Безумие нам (читателям) как хорошего знакомого или даже друга. И знакомство это интересное и многогранное. В мире существует часть (и скорее всего огромная), которая не поддается материальному (физическому) измерению и может быть обнаружена только на уровне сознания. И здесь только субъективные инсайты могут нам помочь приблизиться к тому, что скрывается за обыденным. Автор открыл нам уютное и безопасное пространство, где мы можем взглянуть на безумие, которое, как мне кажется, есть в каждом и безусловно окружает нас.

Лично мне показалось многое в книге знакомым, что-то я встречал, но не задумывался об этом в таком ключе. Безумие было для меня чем большим и суровым, холодным. Во время чтения книги оно стало для меня более приветливым, все-таки опасным, но не таким безжалостным и безжизненным, каким казалось раньше. До этого я не собирался выстраивать диалог с безумием; благодаря автору я научился приветствовать безумие в тех местах, где оно обитает.

Дмитрий Кривошапкин, писатель, г. Воронеж

Свидетельский отклик – 7

Мне запомнилась структура текстов, то, как одна часть перетекает в другую, и все это как-то связано с Безумием. Слово «безумие» запомнилось больше всего.

При прочтении книги мне казалось, что я читаю большую советскую энциклопедию (такую бордовую, большую, бесконечную) или методические указания для какой-нибудь кафедры гуманитарных наук. Этот образ мне говорит о попытках структурировать что-то, или все, или хоть что-то, которые предпринимает автор.

Я тоже прибегаю к структурированию, веду дневники, в которых стараюсь находить какие-то темы, тренды, итоги и новые потоки.

Книга меня переносила то туда, то сюда по личным воспоминаниям и переживаниям.

Аня М., Украина

Свидетельский отклик – 8

1. Слова, фразы, выражения – что именно затронуло вас.

Что показалось вам особенно важным в тексте этой книги? Какие слова, фразы и выражения запомнились?

Позиция «интегрированной личности», иллюзия целостности, реальности нет, время, психопомп, хаос, Маг в коконе, история про Шарко и Фрейда, дополнительные идентичности, «Хазарский словарь», «Безумие и порядок» странным образом зашло. К чему бы это?

2. Образ, метафора, ассоциация, которые возникли у вас при чтении всей книги целиком или отдельных ее глав.

Какие образы порождают моменты, которые вы выделяете в тексте? И что эти образы, как вы предполагаете (фантазируете), могли бы говорить о ценностях автора?

Книга «Бытие и Безумие» – это океан, в который ныряют ловцы безумия, втянувшиеся в чтение читатели. Каждая глава или абзац, или фраза, а иногда даже слово подобны запечатанному сосуду, который находит в океане нырнувший ловец. Необязательно на дне. Двойная метафора дальше. Эти сосуды как живые обитатели океана населяют его, кишат в нем. Слова подобны стаям разноцветных рыб, порхающим, прилетающим и уплывающим. Фразы – это рыбы покрупнее: они однозначны в своей форме и многозначны в своих смыслах, не определишь сразу – ядовита или дружелюбна, хищник или нет. Абзацы подобны более крупным океаническим обитателям: могут шарахнуть, как электрический скат, или пугливо отскочить, как… Главы – это резвящиеся дельфины,